Готовиться к войне со Швецией Пётр I начал заранее. Создавая новую армию, он постепенно преобразовал всю русскую кавалерию в драгунские полки. Не избежали этой участи и новгородские гусары, влившиеся в состав вновь сформированных в Новгородской земле двух драгунских полков. Продолжая традиции предшественников-гусар, новгородские драгуны покрыли себя славой на полях сражений Северной войны. В Новгороде формированием полков руководил «ближний боярин и воевода» князь Иван Юрьевич Трубецкой. Через несколько месяцев два вновь сформированных полка, названных по именам командиров полками Ивана Кулома и Романа Брюса, были готовы к выступлению в поход. Сведений об Иване Куломе сохранилось мало, а вот Роман Брюс – личность известная. Среди его предков, по преданию, были средневековые шотландские короли. Роман Брюс служил сначала в потешных войсках Петра I, затем капитаном в Преображенском полку, а в 1700 г. был назначен командиром одного из сформированных в Новгороде пехотных полков (командовал им до 1702 г.). Позднее Брюс участвовал во многих сражениях Северной войны, был обер-комендантом и одним из первых строителей Петербурга, членом Военной коллегии. 1 сентября 1700 г. оба полка в составе отряда князя Трубецкого вышли по направлению к Нарве. Боевое крещение они получили в печально знаменитом сражении у этого города 19 ноября 1700 г. В этой битве полк Ивана Кулома, как утверждает полковой историк начала XX века, сражался стойко. Командир был смертельно ранен в бою, в то время как многие другие иноземные офицеры русской армии перешли на сторону шведов. Неудачный Нарвский поход осенью 1700 года, закончившийся разгромом русской армии, вынудил Петра принимать срочные меры по укреплению Новгорода, которому грозила еще одна шведская осада. Здесь скопилась 20-тысячная дивизия Репнина и остатки отступившей от Нарвы пехоты. Чтобы изготовиться к обороне, Петр лично повелел снести в Кремле все деревянные «хоромы» и перенести их на пустые места на Софийской и Торговой сторонах. Укрепления Окольного города на Торговой

Укрепления Окольного города на Торговой стороне сгорели еще в 1696 году, причем горели так, что две медные пушки «растопились». Пришлось всю артиллерию перемещать в Кремль. Но и на Софийской дела были не лучше: в 1700 году сгорела Алексеевская (Белая) башня, а уже в 1701 году новгородский воевода-губернатор Яков Брюс повелел остатки городовых деревянных стен разобрать и раздать в «салдацкие полки на дрова». Слава Богу, шведы под Новгородом так и не появились. А уже через год-два успехи корпуса Шереметьева в Прибалтике, взятие Орешка и Нарвы заставили новгородцев забыть о военных опасностях..По материалам газеты"Новгород"от 22 июля 2010 года