1-й сапёрный батальон не был гвардейским. Просто 1-й сапёрный)

Представляется вниманию переписка Кривцова Александра Васильевича (18.08.1874-1954), мещанина г. Боровичи, младшего унтер-офицера 1-й роты 1-го Саперного Батальона 1-го Армейского Корпуса с его будущей женой, Верещагиной Александрой Семеновной (01.03.1887-1964), крестьянкой д. Тини / г. Боровичи. Даты писем указаны по старому стилю. Конечно, содержание писем относится скорее к романтически-любовной тематике, однако также описаны боевые эпизоды, быт солдат, отношение к войне, китайцам, японцам, маршрут передвижений, даты и т. д. Письма вынуты из пыльных чуланов и публикуются впервые. Надеюсь, эта публикация будет интересной или даже полезной для кого-нибудь. Если кто-либо обнаружит среди упоминаемых персон своих предков (особенно интересуют Кривцовы и Верещагины из Боровичей, СПб, Новгорода), прощу сообщить. Итак, [q] ??.??.1904 Милая и дорогая Моя Шурочка. Шлю тебе свой сердечной привет и крепко прижимаю к своей груди Мою милую и не оцененную Шурицу. Дорогая Моя Шура, Я, Слава Богу, жив и здоров. Письмо тебе пишу из города Иркутска, от Боровичей он находится на растоянии 5358 верст. В Иркутске 10 часов вечера, а в Боровичах - только 6 часов вечера. Шура Милая, как только настает вечер, то я очень тоскую по тебе, моя голубка. Шура, когда мы с тобой разтались у ворот, и я пошел домой, то как камень какой то лежал на сердце, очень тяжело было моя дорогая Шура. О себе пишу, я, слава Богу, жив и здоров. Едем в тех-же вагонах, в которые сели в Боровичах. По 30 человек в вагоны - не особенно тесно. Спать ложусь по Боровическому в 7 1/2 часов вечера. А стаем, если считать по Боровическому, то в 3 утра, а по местному в 7 часов утра. Занятии никаких нет, все время спишь. Скука страшная. Много проехал губернии и городов и насмотрелся всякаго народа. Все ничего. Ничего не жаль, исключая тебя моя Милая Шура. Знай, Моя голубка, если меня смертельно ранят, то и умирать буду с твоим именем на моих устах. Шура, передай почтение от меня твоей подруге Марии Викторовны Григорьевой. Шурочка, естли мне будешь писать, естли есть у тебя охота. Пиши, Мой Ангел, письма до меня твои дойдут по следующему Адресу: Дальний Восток, 1й Армейской Корпус в 1й Саперной Баталион в 1ю роту. Младшему унтер офицеру. Александру Васильевичу Кривцову. Шура, Напиши все как-ты проводишь время. Вообще пиши все подробно. Поздравляю тебя с праздником успения. Дорогой Шуренчик, положи за меня хотя один поклон пред иконой Божей Матери Иверской. Шура, пишу тебе карандашем чернил нету А Адрес пойду напишу на станции. Прощай, Мой Милой Ангел, Моя дорогая Шурочка, спомни, что есть еще на свете человек, который предан и любит тебя всем сердцем. И всей своей душой. Шура, поцелуй за меня маленькую Нютку нашу. Шуренок, я ежедневно смотрю вечером на луну и посылаю чрез нее тебе приветствие. Будет естли возможно, то буду тебе писать. Пиши и мне. Написал-бы и много да бумаги при себе нету, надо идти в лавку. Еще раз прощай, Моя голубка милая Шура. Цалую тебя крепко и прижимаю к своей груди. Твой на всегда, А. Кривцов. Шурка Милая моя, и люблю я тебя прощай. 23 получено. 25.04.1904 I Меня ни кто не пожалеет И не кому меня не жаль В беде не кто мне не внимает Мне не с кем разделить печаль Я встретил что-то неземное И в сердце закипела кровь Но что-же сердце молодое Нашло презренье за любовь II Ты хочешь знать Кого люблю я Его не трудно отгадать Будь по внимательней читая Я не могу тебе сказать На добрую память. А. С. Верещагиной Кривцов 24.08.1904 Манчжурия Милая и дорогая Шура. Шлю тебе свой сердечный привет и крепко целую тебя, мой Милой Шуренчик. Желаю тебе добраго здоровья и всего благополучия. Уведомляю тебя Шура, я, слава Богу, жив и здоров. Через озеро Байкал переправлялись на ледоколе Байкал. Ширина озера 43 версты, а берега видно с Берега на берег и думаешь что не больше 5 верст. 18 вагонов поставили на нижнюю палубу, а лошади на верхней палубе, виды очень замечательные. Много попадается встречных воинских поездов с ранеными, едущих обратно в россию. Защитникам порт Артура служба 1 месяц за 1 год. Запасные по прошествии года будут возвращены на родину. И так, дорогая Шура, если жив буду, то через год с тобой увидимся, дай Бог чтобы в течении этого года меня не убили. Два раза делали пересадку в другия вагоны, а в переди нашего поезда шел товарный, со скалы ночью обвалились камни и товарный поезд получил крушение: 8 вагонов в щепки разбиты. Много кой чего насмотришься совою дорогой. Возвращуюсь в россию, бог даст, то будет чем вспомнить. Шура, я тебе в течении месяца пишу третье письмо, но от тебя не знаю получу-ли. Милой и дорогой мой Шуренчик. Я очень часто тебя вспоминаю, особенно вечером, когда люди улягутся спать. Время в Манчжурии идет на 6 часов вперед. Ты, Шура, в десять вечера ложишся спать, а я в это время в 4 утра встаю, а ложимся мы в 10 часов когда у вас в Боровичах 4 часа дня. Саша, из Харбина я пришлю тебе письмо. Потому наш Баталион назначен к Куропаткину на правой фланг Ляояна. Где идет всегда страшная Битва. И не знаю тогда будет-ли свободное время писать. А если и будет, то сообщения не будет: письмо-то надо опустить в почтовой ящик, а по речке не пошлешь. Саша, я в г. Красноярске догнал 148й царицинской полк, и в 14 роте нашел земляков, П. Звонарев и А. Беляев, писарей, которые поехали в питербург, оба находятся в строю. Павел Звонарев уведал меня очень обрадовался, оне уехали в перед в Харбин, опять его увижу; мне его очень жалко, он не привыкше к строю. Прощай, мой милой и дорогой Шурчик. Целую тебя несчетно и крепко прижимаю к свой груди мою милую и дорогую Шуру, которую я люблю страшно. Прощай, Саша, не поминай меня лихом. Моя любовь к тебе святая. Передай Дарьи Ивановне почтение. Остаюсь твой навсегда Шурка. 6го сент. получено. 30.07.1904 г. Харбин Милая и дорогая Шура, уведомляю тебя я, слава Богу, жив и здоров вчера 29го Августа приехали в Харбин. Очень уж надоело в товарных вагонах ехать, больно бокам. Но теперь еще хуже будет на позиции. Дорогая Шура, это может быть мое последнее письмо к тебе, не знаю, больше придется-ли писать тебе, может через несколько дней меня уже не будет и в живых. Саша, я сегодня именинник и в сей день пишу тебе письмо. Не веселый этот день в этом году, чувствуется что-то не доброе, не знаю, придется-ли в Будущем встретить этот день и где, Саша я сегодня и в церкви не был, не когда да и церковь очень далеко. Погода стоит хорошая: жара 30 градусов, а по ночам свежо и очень. Так что не одевше спать нельзя, Саша Милая моя голубка, я очень часто вспоминаю тебя. Когда раздумаюсь по тебе, то очень скучно делается, что дальше едешь, то местность все хуже. От манчжурии до Харбина 1400 вер. и на пути один только город – Цыцыкары, а то все пусыня и лесу-ту неть, одне Большия каменныя горы высотою есть 60. Саша, в Харбине и на станциях начина от Иркутска на всё такия цены, просто ужас. Белой хлеб, который у нас в обжорном 3 коп, тут 10 коп да еще черные. Сахар 50 коп, и больше 1 ф не дают. Табак махорка у нас 3.к., а тут 18.к 1/8.ф, чай который у нас 4 руб., тут 50 к. фун дешевле. Я уже дорогой израсходовал порядочно денег, около 30 руб. а другия бедные ехали без копейки, только и довольствовались, что получали от казны 1 обед и тот плохой, а дальше будет и достать негде - по манчжурскому веснику японцы будут зимовать в Ляояне и Мукдене, наших порядочно бьют Японцы. Нам на встречу 27 Августа попало на встречу около 15 санитарных поездов с ранеными, другия едут без ног, прямо смотреть больно, едут бедные тоже некоторые в товарных вагонах. Саша, я уже в Харбин купил Японских папирос и спичек, которые лучше наших. Руского человека встрет очень редко, все Солдаты и Китайцы до Хунгузы. Китайцы до того противны, что у них я еще ничего не покупал, хотя день голодал, от них очень пахнет Черт знает чем. Сами грязные рваные и предлагают купить ихни деньги на нашу 1.к. они дает 10 кружочков желтой меди с квадратной дырочкой по середке. Прощай, Мой Милой и дорогой мой не оцененный Шуренок, целую тебя не счетно. И крепко прижимаю к моей груди. Желаю тебе по веселиться, здоровья, счастья и всего наилучшаго, вспомни когда нибудь и меня, твоего Шурку. Далеко отдаленнаго от тебя на несколько тысяч верст. Буду жив, тогда напишу еще, но тогда очень редко придется писать. Прощай прощай, Мой Милой Ангел Саша. И люблю же я тебя, Саша, страстно. Прощай, твой Саша. получ. 16 авгус. 14.09.1904 Саша я здоров. Проводим дорогу шоссейную за 120 вер. от неприятеля в больших горах. Работаем с 6 утра до 7 вечера. Ежеминутно вспоминаю тебя. Вспоминаешь ли ты меня. Прощай. Желаю всего наилучшего. Крепко цалую, твой Саша. 26.09.1904 г. Мукден Шлю привет, жив и здоров. Идем в наступление. Желаю тебе здоровия и всего хорошаго. Буду жив, сообщу еще. Почтение М. Григорьевой, А. Марининой. Твой Саша. 04.10.1904 Милая и дорогая Шура! Уведомляю тебя, что я твое письмо получил 2го Октября. Большое спасибо тебе за него, вместе с твоим письмом получил письма от Саши брата Свечника и от Вани из питербурга. Дорогая Шура, я слава Богу жив и здоров, был под огнем в близи неприятеля в команде охотников. Снял телефон, когда уже уехали Батареи, неприятель был от меня под Сопками в 300 шагах. Снаряды рвутся везде. Да я увидал теперь ужасы войны. Сначала было жутко, потом привык, и внимания не обращаешь, что рвутся вблизи снаряды, только одно скверно, что тяжело носить ранец. С первого на 3е октября был дождь, мы работали всю ночь на постройке моста через реку Ляохе, и вымочило до мозга костей. Иногда ходим по колено в грязи и голодной ночуем в палатках, иногда в фонзах. Я письмо это пишу тебе на поле, не знаю с кем пошлю. Саша Милая, почему ты не получила мою карточку? я писал тебе из Москвы 30го Июля, из Челябинска 6го Августа потом много писал после. Ты должна получить от меня до этого письма 5 штук. Видишь, твое первое письмо я и то получил. Шурица Милая дорогая, спасибо тебе еще раз. Дорогая, пиши больше и чаще, ведь мне то негде писать, да и бумаги не скоро разстараешся, да и до ящика с кем с позиции пошлеш, а тебе что - пиши. Только марку не приклеивай, а делай на конверте подпись - от родных. Передай почтение Витковскому молодому и его супруге, потом Мани Григорьевой, спасибо за ея поклон, передай это от меня ей. Мы сейчас находимся между Мукденом и Ляояном. Большая идет Артеллерийская перестрелка, хотят окружить японцев, но не знаю как, удастся ли. Не знаю Саша, когда придется мне с тобой сидеть на лавочке и целовать тебя, может меня убъют. или тебе надоест дожидать меня, и полюбишь другова и выйдешь замуж, может и я возвращусь, а ты будеш задругим. Я все время думаю о тебе, и сказал, что и умирать буду с твоим именем на устах. Верю и знаю, что и тебе не легко было разстатся со мной. Саша дорогая, зачем мы с тобой сошлись. Не ужель только для того, что-бы узнать друг друга потом разойтись, а что Бог даст. Бог даст да Царица небесная, может и вернусь, вот тогда заживем, естли ты останешся верна, хотя я для твоего счастья готов страдать один в одиночестве. Ну, Шурица Милая и дорогая моя голубка, прощай, пиши мне, каждое твое письмо до меня дойдет, мои не знаю не ручаюсь. Пошли по рукам до почты, потерял или забудет. Еще раз прощай, целую тебя крепко несчетно, мою милую и дорогую Шурицу, остаюсь твой Саша. 14.11.1904 Милая и дорогая Шура. Сегодня получил твое письмо, посланное тобою от 19го октября, пишу тебе на него ответ. Я, слава Богу, жив и здоров, находимся между Мукденом и Ляояном, укрепляемся на позиции в 3 верстах от Японцев. У нас работают до 2 полков пехоты, только успеваем разбивать укрепление, время свободнаго нету. Стаем темно в 6 утра, в 8 утра выходим на работу и вечером в 5 уже темно кончаем. Так-что пишу тебе уже вечером в фанзе со свечою. Спасибо, Моя Милая и дорогая моя Шурица, что не забываешь меня, твоего Шурку. Шура, я только и думаю про тебя. Хотя-бы поскорее вернуться к тебе и поцеловать тебя 11 раз и на всегда остатся с тобой. Да, Шурица, нам, верно, трудно на войне. Иной раз подумаешь, хотя бы скорее убили - один конец. Потом раздумаешь, что страдаешь за россию и за близских нам родных и знакомых и, не чего, позабудешь все не взгоды, которые переносишь. У нас уже морозы 10 градусов, а сапоги холодные, заставишь рабочих копать, а сам пойдешь танцевать, что-бы согреть ноги. Да и пища скверная, хлеба отпускают 2 фунта, а больше достать негде. Вчера приспособили китайскую фанзу на байню, и вот я вечером в 7 часов пошел мыться, но скажу, что только больше перепачкался и перезяб. Не знаю, не простудился-ли, хотя насморк уже есть. Саша Милая, я твое письмо от 25го Августа получил 3 октября, на которое я тебе ответил. Твои письма 3 получил до 14го Ноября только два. Завтра буду писать Ершову, естьли будет свободно и не побеспокоют японцы. У нас много работало боровических земляков, которые взяты в Новгороде. Саша Милая, я твое письмо когда получаю, то для меня большая радость. Раз десять прочитаешь, все легче на душе станет, все равно, что с тобой на скамеечке посидишь. Шурка Милая, не на радость мы с тобой повстречалися, а быть далеко от любимаго человека - хуже чего не надо. Шурица, ты пишешь, что любишь меня и плачешь, когда пишешь, а разве я то тебя не люблю, хотя не плачу, но еще тяжелее на сердце. Поздравляю тебя с Ярмаркой и Рожстом Христовым. Желаю повеселиться, а обо мне не думай, я как небудь перенесу свой Крест. Передай почтение Дарии Ивановне, Анне Васильевне. Поцалуй маленькую Нютьку. Мой адрес старой, пиши подробно все, что у тебя новаго, я пишу тебе карандашем, разберешь ли, не знаю, достану-ли чернил написать конверт. Саша Милая Моя, спасибо тебе за все, голубка моя не оцененная, дождусь-ли того дня, когда прижму тебя к своей груди, или не приведет Господь, а прижмешь как раз японскую пулю, прощай мой милой Ангел Шурица. Жду от тебя письма. Крепко цалую тебя заочно. Если я погибну за россию, а в ней есть ты, знай, что я защищаю и тебя. Твой навсегда, Шура Кривцов. 18.12.1904 Милая и дорогая Шура, уведомляю тебя в том, что я твое письмо, писанное тобою 8 ноября, получил 5го Декабря. Спасибо, дорогая, за поздравление и пожелания. Мы с 7го Декабря сделали с леваго фланга переход на правый около 40 верст и сейчас находимся правее железной дороги, от полустанка Шохе стоим в 6 верстах. И Делаем землянки для пехоты, прибывающей из России. Я на работу не хожу, провел телефон из Штаба Корпуса и дежурю постоянно у телефона. Мне, пока стоим сдесь, находиться у телефона сущая благодать, фанза теплая. А ведь у нас теперь морозы доходят до 25 градусов снегу, нету не снежинки. 10го Декабря нам выдали полушубки, папахи и 90 пар теплых сапог. Милая Шура, пишу тебе на твоей бумаги, которую ты прислала. Я послал тебе письмо 1го Декабря. 6 дней по прибытии на место был болен; проводя телефон, пришлось лазать на кровли фанз и дерева, был легко одет, и наверно продуло. 6 дней ничего не пил, не ел (хотя кроме хлеба да чумизнаго супу и есть-то нечего), а так-же и головы не подымал, но сегодня мне легче, только есть небольшая головная боль. И вот, я решил написать моей милой и дорогой Шурице. Письмо пишу, а самого так и клонит полежать. Саша, у нас идут слухи, что война кончится к маю, в половине Января мы будем наступать, и от нашей армии немного останется. Трудно нам будет. Японец очень умен, хитер, а так-же и храбр. Но поживем - увидим, а убъют - услышим. Милая Шурочка, ты поздравляешь меня с георгием рановато, дружечек, хотя за сентябрьский бой я представлен к георгию Именному. Но еще не получал, и Крест не вышол. Когда получу, то сообщу. Передай почтение твоей Маман Дарии Ивановне, Анне Васильевне. Поцалуй за меня маленькую Нюрку. Почтение многоуважаемой Марии Викторовне, скажи ей, что благодарю за ея поклоны и пожелания. А мне сегодня охота тебе побольше написать, хотя и голова болит и в сон клонит, но пересилю всё. Саша не знаешь, что зделавше с нашим Батюшкой Ал. Ал.? Я ему писал 4 письма, но от него не получал не одного. Не болен ли он и жив-ли? Сообщи пожалуйста. Меня страшно безпокоит, естьли он болен и один, ему и так житье незавидно. Я недавно видел отца Витковскаго..." Далее по ссылке: http://forum.vgd.ru/315/78290/ http://forum.vgd.ru/315/78290/