Ранее я уже публиковал отрывки из книги Ольги Синельниковой-Вербицкой и Георгия Вербицкого "Усадьба Ровное-Новоблагодатное Новгородской губернии Боровичского района. Семейный фотоальбом", СПб, 2014. Вот завершающие книгу главы: "...Останемся в этом времени, остановимся на этой фразе — закончим семейную историю, ведь дальше она будет историей жизни во Франции. Россия останется у Юры, Нины и Ники только в душе. И ещё — в альбомах с выцветшими пожелтевшими страницами. Только старший Верочкин сын, прожив долгую жизнь, всё-таки доберётся до родового гнезда, увидит усадьбу Ровно. Что же в этом такого необычного — скажет кто-то. Всё это давно слышано-переслышано, сентиментальные истории, «белой акации цветы эмиграции». Всё так... А всё-таки жаль Россию! Какие чудесные дети, какая прекрасная молодёжь подрастала в нашей России в начале XX века. Поистине — ум, честь и совесть нашего отечества! Романтики, думающие стихами и так красиво представляющие гибель мира.   Всё оказалось гораздо страшнее... А от тех людей с фотографий нас, сегодняшних россиян, отделяет пропасть. Мы другие по образу мыслей, по нравам и нравственности, по выражению лиц... Мы больше не сентиментальны! Величественный дом на левом высоком берегу Мсты умирает достойно. Ему 200 лет, он свидетель и участник интереснейших событий русской истории. Развалины его значительны и величественны, как развалины Рима... Нет больше флигелей, вместо служб — груды кирпича, а дом всё же узнаваем. Церковь Св. Великомученицы Екатерины лишена купола, прекрасная колокольня разрушена... Екатерининскую церковь закрыли в 1937 году. Художественной работы резной иконостас был уничтожен. Церковные ценности разграблены, иконы утрачены, лишь две из них сохранились и находятся сейчас в запасниках Новгородского объединённого музея-заповедника. Последним священником Екатерининского храма был о. Пётр Андреевич Минецкий. Его расстреляли в 1938 году. Храм служил складом, потом клубом. В алтарной части гремела цветомузыка, молодежь танцевала бойкие современные танцы. Спасо-Преображенская церковь совсем обветшала... Каким-то чудом сохранился надгробный памятник Александра Фердинанда Бергштейна. Но он дождался правнука. И была отслужена панихида... В лунные ночи, когда отступает «мерзость запустения», дом вдруг кажется живым, обитаемым. Местные жители побаиваются его в позднее время. Стоит немного постоять возле дома, прислушаться, вообразить... Впрочем, не надо мистики, жизнь, к сожалению, до ужаса реальна. Но всё-таки пусть всё закончится не развалинами, а детскими лицами, всё ещё глядящими с выцветших фотографий. Вот они в домашних утренних платьицах. Сейчас завтрак, потом — занятия. Потом — пальто с пелеринами и капоры: папа берёт их в Боровичи, они поедут в коляске. А Ника будет дома, с няней... И всё будет хорошо! Всё будет хорошо, потому что, как это бывает только в детстве, жизнь представляется устойчивой, милой и доброй, а люди — великодушными и справедливыми. P. S. В сентябре 1999 года я впервые посетил родовое гнездо — имение Ровно. С грустью и болью бродил по разрушенному дому, который, я полагаю, мог долго ещё украшать берег Мсты. И не только дарить жителям окрестных деревень эстетическое удовольствие, но и служить им... И прекрасная церковь Св. Великомученицы Екатерины могла бы снова стать местом молитв, если учесть возрождающееся в России Православие. В этом году Господь привел меня вновь увидеть родные места. За год дом разрушился ещё больше, дни его сочтены. Надеюсь, что удастся приехать ещё, хоть вид имения Ровно — рана в сердце. Остаётся молиться и верить, что вандализму в России приходит конец. Ровно 2003 год Георгий Вербицкий"