А я помню такой колесный пароход, "Калинин" назывался. Он стоял у берега, за Екатерининской горкой, недалеко от 6 школы, уже тогда не ходил по Волхову и где-то в 1973-74 году его сожгли. Жалко было смотреть как он горел, красивый был, почему не оставили?

Сам снимок для фото открытки был сделан в первой половине 50-х, ДО 1956 года. Именно в 1956 году на Митропольчьей башне было возведёно шатровое покрытие (сгоревшее в 1974 году).

Я тоже помню этот пароход на берегу. В нём находились какие то "офисы" лодочной станции. Сейчас он бы стоил огромных денег. Интересно, чьей он был постройки и какого года?

Был такой пароход

КНЯЖИЧ-ТРУДЯГА Ровно 150 лет назад в Новгороде было образовано частное предприятие «Общество пароходства по реке Волхов и озеру Ильмень». И с того времени начались регулярные перевозки пассажиров и грузов. При Обществе основали пароходные мастерские. Нарядные пассажирские пароходы с ранней весны до поздней осени плыли по Волхову, труженики-буксиры тянули баржи. В незапамятные времена напевал гусляр сказ о могучем князе Ильмене и его детях – тридцати трёх дочерях и единственном сыне. Называл тех дочерей по имени Мста, Пола, Шелонь…, а красавца княжича величал Волховом. Сказывал, как приключился с княжичем случай затейливый, заблудился он в лесах дремучих, в местах дивных повстречал своенравную Ладогу. Полюбил её княжич Волхов за красу ненаглядную, просил стать женой венчанной. Отвечала Ладога: «Превращусь я в озеро глубокое, а терем мой станет скалой посреди него. Ты же обратись рекою широкою, богатства свои обрати в воды быстрые и неси их ко мне. Как достигнут они вершины скалы, тогда стану твоей женой». Понял Волхов, не скрыть скалы его водами, опечалился, повернул вспять и поведал сестрам о своей беде. Успокаивали его сестрицы: «Не нужны нам богатства наши, обратим их в воды быстрые, отдадим Ильменю-батюшке, а ты уж неси их дальше к любимой Ладоге!» Много лет прошло с тех пор, постарел Волхов, поседел, а всё катит свои воды к терему возлюбленной. Та и сама уж не рада, хочет избавить княжича от трудов, да нельзя – зарок на ней.

Вспоминает Л. А. Михеева: «Наша семья с 1934 года по 40-ой жила в доме водников на Тихвинской улице. Большой двор объединял три двухэтажных дома. Нашими соседями по дому и двору были семьи капитанов Зинкова, Сапегина, Егорова, судового механика Иванова. Помню фамилии Скобкиных, Галактионовых. Не все имена сохранила детская память, но жили в этих домах шкипера, матросы, рабочие-судоремонтники и инженерно-технические работники. Жили дружно, без субординации. Семьями ходили в клуб водников, что располагался в Николо-Качановском переулке. Среди водников было много талантливых певцов и музыкантов. Играли на баянах, гармошках, духовых инструментах, гитарах и на модных в ту пору мандолинах. Со сцены звучали популярные песни братьев Покрасс, Шостаковича, Дунаевского, арии из опер и романсы. Для детей часто организовывали прогулки на пароходах по озеру и поездки в Собачьи Горбы. Запомнились весёлые новогодние праздники и замечательные подарки в детском саду водников, который располагался на Садовой улице (ныне территория Кремлевского парка)».

Когда грянул июнь 1941 года, часть водников была призвана в действующую армию. Тяжёлый груз ответственности лёг на плечи плавсостава, надо было срочно эвакуировать людей, оборудование, культурные и исторические ценности. Задача сформированной Ильменской военной флотилии – свести к минимуму потери при эвакуации. Ядро флотилии составили пароходы «Ульяновск», «Каракозов» и «Ижорец-9». На них установили четырёхствольные пулемёты, а на пароход «Ижорец-9» - ещё и пушку. Экипажи флотилии приняли присягу и получили личное оружие. Для помощи в формировании караванов и их охраны выделили несколько вспомогательных катеров. О судьбе двух таких катеров рассказывает Е. Н. Тейс по воспоминаниям своего отца: «Несмотря на то, что в августе 1941 г. в Антониевом монастыре располагался штаб фронта, Новгород фактически ничем не был защищён от фашистов. Несколько зениток на весь город и…всё. Противник упорно стремился разбомбить мост через Волхов, единственную переправу для живой силы и техники. Как правило, самолёты врага налетали на город днём со стороны озера Ильмень «из-под солнца». Речники подметили эту закономерность, обшили листами железа два небольших катера, установили на них пулемёты и ежедневно ранним утром направляли свои «крейсеры» к истоку Волхова. Там, среди заросших кустарником протоков, поджидали немецкие самолеты и открывали по ним огонь. Вечером возвращались в Новгород, а на следующее утро вновь отправлялись на «охоту», каждый раз меняя место дислокации. Однажды катера не вернулись в город. Ближе к вечеру мимо Кремля проплыл один из них, весь искорёженный и изрешечённый пулями. Никто не знал, что произошло в то трагическое утро, потому что в живых не осталось ни одного участника боя. Вероятно, речники сразились с самолётами противника на открытой водной поверхности, и один из катеров остался покоиться на дне». В короткие сроки на пассажирских судах «Всероссийский староста Калинин», «Коммунист», «Форель», «Коммунар» эвакуировали свыше двадцати тысяч новгородцев, необходимое имущество и часть музейных ценностей. По рекам Шелонь, Ловать, Полисть буксирные пароходы на баржах вывезли около четырёх тысяч тонн зерна и пятнадцать тысяч голов скота. Речники несли потери, фашисткой авиацией были потоплены пароходы «Самара», «Кострома», «Усердный». В ночь на 15 августа 1941 года пароходы «Томск», «Усть-Луга» и Ильменская военная флотилия последними покинули горящий Новгород.

Рассказывает М. Ф. Куракин, 1931 г. р.: «До войны наша семья жила на улице 1 Мая. Мой отец, Фрол Николаевич, поступил работать на новгородскую пристань в 1932 году. Прошёл путь от матроса до старшего капитана рейда Новгородской пристани Северо-Западного речного пароходства и уволился в возрасте 62 лет. Была ещё одна запись об увольнении 15 ноября 1941 г.: в отпуск до востребования в связи с эвакуацией новгородской пристани. За выслугу лет и безупречную работу на водном транспорте отца в 1953 году наградили орденом Трудового Красного знамени. В семейном архиве хранятся его фотографии, довоенная трудовая книжка, документы о наградах и ранении. Хорошо помню, как в пору навигации дожидался отца на пристани. В свободное от школьных занятий время я подрабатывал на разгрузке барж. Дрова выгружали вручную и на тачках привозили на берег. Возвращаясь из рейса, отец помогал мне укладывать дрова в штабеля, после чего можно было получить заработок. В начале войны нашу семью на пароходе «Форель» эвакуировали в Горький, где пересадили на большой трёхэтажный пароход и по реке Каме доставили в г. Сарапул Удмуртской ССР. Там пассажирам выдали продукты и на подводах отвезли в деревню. Рядом жили семьи новгородских речников – Козловы, Васильевы, Волчугины, Богдановы. Взрослые работали на полевых работах, 13-летние подростки пасли коров, а младшим доверяли ухаживать за лошадьми».

Часть флота Новгородской пристани обслуживала знаменитую «Дорогу жизни». Из воспоминаний В. А. Мишенкова: «Зимовали на Ладоге, под частыми бомбежками. Я занимался ремонтом судов, одновременно учился на механика и столярному делу. С очередной навигацией был в числе тех, кто по «дороге жизни» возил в осаждённый Ленинград боеприпасы и продовольствие. Быстрое течение и узкие судоходные пролёты требовали немалого мужества, смелости, опыта и риска. Путь после шлюзования у Волховской ГЭС и до Званки под двумя железнодорожными мостами граничил с подвигом». Новгородский технический участок, пассажирские пароходы «Всероссийский староста Калинин», «Коммунар» и ряд других служб новгородской пристани были эвакуированы в Череповец и переданы Шекснинскому речному пароходству. На пассажирских пароходах, переоборудованных под госпитали, переправляли раненых с Онеги. Н. Г. Кузьмина: «Наша семья вместе с другими семьями работников технического участка уходила из города с последним рейсом эвакуации. Буксир «Гатчина» вёл две баржи с беженцами. Очередной налёт фашистов - и в одну из барж попала бомба. Баржа затонула, и на наших глазах вместе с нею гибли дети, женщины и старики. Прошло более полувека, а ужас увиденного забыть невозможно. Перезимовали в Череповце, там проводили на фронт отца. Участок в составе буксира «Гатчина», земснаряда и брандвахты выполнял работы на Шексне, Свири и Онежском озере, готовил маскировочные бухты для торпедных катеров Онежской флотилии. Руководил работой В. Я. Дьяконов, шкипером брандвахты был А. И. Шарков, а вот имя капитана «Гатчины» не помню. Моя мама работала матросом. С одиннадцати лет всю навигацию я добросовестно помогала ей, была оформлена помощником матроса и получала взрослое довольствие». Л. А. Михеева вспоминает героев того времени: «Однажды капитану парохода «Всероссийский староста Калинин» И. Ф. Принцеву поручили особое задание – проложить путь, обозначив фарватер через Рыбинское водохранилище. Видимо, возникла необходимость срочно наладить кратчайшее сообщение с Волгой. Водохранилище было образовано перед самой войной, под воду ушли населённые пункты и часть лесов, которые не успели вырубить. С какой осторожностью надо было провести пароход, чтобы не покалечить его! Задание было успешно выполнено. Иван Федорович, опытный капитан, обладал завидной выдержкой и осмотрительностью и до тонкости знал возможности своего судна». Небольшая партия водников вернулась в Новгород сразу же после его освобождения. В первую очередь построили пекарню в сторожке церкви Петра и Павла на Звериной улице. Из Ладоги вернулся пекарь Н. Зайцев и наладил выпечку хлеба. Построили столовую, магазин, восстановили баню. В помещении бывшего пивоваренного завода «Бавария» под руководством электромеханика Б. В. Изотова смонтировали и запустили в работу дизель. Электроэнергии хватало для работы судоремонтных мастерских и на освещение города. С энтузиазмом восстанавливали причал и строили бараки. Навигация 1945 года открылась торжественной встречей пароходов «Всероссийский староста Калинин» и «Коммунар». Закончился один этап истории и начинался следующий. Новгородские водники принимали в свои ряды пополнение и продолжали трудовую летопись отцов и дедов. ..... Воспоминания членов Общества коренных новгородцев «Наследники» подготовила к публикации Антонина Передольская Фотографии предоставлены Л. А. Михеевой

Источник:http://www.nnng.ru/article.php?god=2007&nom=13&sta=knazi6 http://nnng.ru/article.php?god=2007&nom=13&sta=knazi6

На фото есть ещё один интересный объект. Забор, который огораживал парк. Был ли парк платным моя старшая сестра не помнит, но говорит, что перед входом всегда было 3-4 милиционера т.е. там был пост.

Перенос комментариев со стены группы: Альберт Витоль : На этом снимке пх Коммунар .До революции речной транспорт принадлежал Забелину а после войны пх Всесоюзный Староста Калинин капитан Шутиков В И и Егерев механик Богданов и пх Коммунар -капитан Родионов работали Новгород Старая Русса и Волхов мост. вчера в 19:00